Правило прецедента
Учебные материалы


Правило прецедента



Карта сайта brandenpernica.com

336. Отличие от континентальной Европы. Во французском праве и в других романо-германских правовых системах принципы права всегда можно было найти в предустановленной совокупности норм: сначала таким источником был Кодекс Юстиниана, теперь ряд кодексов. Судебная практика в странах "писаного права" играет обычно второстепенную роль: не конкретные казусы, а законы имеют юридическую силу, провозглашает Кодекс Юстиниана. Судебные решения могут обладать известным авторитетом, однако они не рассматриваются, кроме чрезвычайных случаев, как фиксация норм права. В самом деле, независимо от судебной практики здесь уже сложилась вполне развитая правовая система.

Совсем иное положение в Англии, где никогда не признавался авторитет римского права, как это было на континенте. Общее право в Англии создано королевскими Вестминстерскими судами, это было право судебной практики. Судебная практика в Англии не только применяет, но и создает нормы права. Естественно, в этих условиях судебная практика приобретает иное значение, чем в континентальной Европе. Правила, содержащиеся в судебных решениях, должны применяться и в дальнейшем, иначе будет нарушена стабильность общего права и поставлено под угрозу само его существование.

Обязанность придерживаться правил, уже содержащихся в судебных решениях, уважать судебные прецеденты вполне логична для права, созданного судебной практикой. Однако необходимость стабильности и прочности не всегда понималась одинаково, и фактически правило прецедента, обязывающее английских судей придерживаться решений, принятых их предшественниками, прочно укоренилось только с первой половины XIX века. До этого времени также заботились об обеспечении согласованности судебной практики и при решении дел тщательно сопоставляли фактические обстоятельства, но не выдвигая при этом принципа обязательного соблюдения прецедента.

Легалистская тенденция в XIX веке, выраженная во Франции школой экзегезов, привела в Англии к более строгой трактовке правила прецедента. Введение Актами о судоустройстве более четкой судебной структуры и повышение качества сборников прецедентов также в значительной степени способствовали внедрению этого правила.

337. Значение и пределы действия правила прецедента. Правило прецедента раскрывается доктриной следующими тремя достаточно простыми положениями: 1) решения, вынесенные палатой лордов, составляют обязательные прецеденты для всех судов; 2) решения, принятые Апелляционным судом, обязательны для всех нижестоящих судов и (кроме уголовного права) для самого этого суда; 3) решения, принятые Высоким судом, обязательны для низших судов и, не будучи строго обязательными, имеют весьма важное значение и обычно используются как руководство различными отделениями Высокого суда и Судом Короны.



Эти положения весьма упрощают проблему. В наши дни наметилась некоторая тенденция, не умаляя значения указанных правил, увеличить число исключений, которые в них содержатся, или более четко определить случаи, к которым они применяются.

До 1966 года считалось, что палата лордов строго связана своими прецедентами. Однако, как это явствует из торжественного заявления лорд-канцлера, сделанного в 1966 году, палата лордов на будущее отказалась от этого правила в случаях, когда особые соображения требуют поступить так в интересах правосудия. Палата лордов достаточно умеренно использовала это нововведение. Она отрицательно отнеслась к тому, что Апелляционный суд отказался следовать одному из своих решений, считая, что суд поступил так per incuriam, то есть по невнимательности.

Следует снова подчеркнуть, что обязательные прецеденты создают только решения, исходящие от высоких судов, то есть Верховного суда и палаты лордов. Решения других судов и квазисудебных органов могут служить примером, но не создают обязательного прецедента.

338. Форма английских судебных решений. Чтобы понять, что же такое обязательный прецедент, надо рассмотреть, как составляются в Англии судебные решения. По форме они существенно отличаются от решений или приговоров французских судов.

Английское судебное решение, строго говоря, сводится к простому изложению принятого по спору решения: Х должен уплатить такую-то сумму Y, договор, заключенный между Х и Y, расторгнут, наследство Х следует передать такому-то. Английские судьи не мотивируют свои решения (возможно, это считалось бы унижением их достоинства); они приказывают и не должны обосновывать своих приказов.

Однако в действительности английские судьи -- во всяком случае, в Высоких судах -- достаточно пространно излагают мотивы своих решений и делают это в свободной, рассуждающей манере, далекой от краткости и строгости изложения мотивов решения во французском суде. При этом судья нередко формулирует общие положения, выходящие за рамки данного дела. Все это имеет важное значение для техники различий.

339. Техника различий. Правило прецедента требует от английского юриста тщательного анализа ранее вынесенных судебных решений. В объяснениях судей, данных в обоснование решений, английский юрист должен различать, с одной стороны, то, что является необходимой основой решения, а с другой стороны, попутно сказанное, то есть то, что необходимо для решения. Ratio decidendi и составляет правило, которое включается в состав английского права и которого поэтому следует придерживаться в дальнейшем. То, что сказано попутно (obiter dictum), не имеет подобного значения; значение его заключается в подтверждении тех или иных принципов и зависит от престижа самого судьи, точности проведенного им анализа и от других обстоятельств.

340. Правило прецедента в праве справедливости. Основной областью применения правила прецедента в английском праве является общее право в точном значении этого термина. Право справедливости ставит другую проблему: правило прецедента могло быть признано полностью в этой области только после того, как право справедливости утратило свой первоначальный характер, перестало быть справедливостью в прямом смысле слова и стало комплексом норм права, дополняющих (или подкрепляющих) систему общего права. Действительно, в настоящее время существует весьма небольшое различие между способом применения правила прецедента в области общего права или права справедливости. Правило прецедента одинаково действует и там, и там. "Дискреционная" власть, которой обладают английские суды в отношении применения норм права справедливости, не должна создавать иллюзий в этом вопросе: "дискреционная" власть судьи осуществляется так, как это предписывают многочисленные прецеденты.

341. Правило прецедента и закон (statute law). Правило прецедента применяется и в вопросах толкования законов (statute law). Для этого нет никаких оснований, и многие авторы критикуют такую практику. Результатом применения правила прецедента в данном случае является то, что положения английского закона тонут в конце концов в массе решений судебной практики, авторитет которых заменяет закон. Общий дух закона и цель его рискуют быть забытыми и утерянными в массе решений, каждое из которых разрешает лишь какой-либо частный вопрос. Способ применения английских законов судами в силу действия правила прецедента, в общем, разочаровал составителей новых законов. Поэтому администрация в ряде случаев пыталась взять в свои руки и применение этих законов, толкуя их, когда это необходимо. Контроль судов, разумеется, в этих случаях не отменяется, за редкими исключениями (например, известная оговорка Генриха VIII), но он фактически ограничивается контролем над административной процедурой, и никакие прецеденты, связанные с толкованием новых законов, не устанавливаются. Точно не известен авторитет, который органы административного разбирательства признают за своими решениями. Возможно, они близки по своему значению роли судебной практики во французском праве. Во всяком случае, здесь уже не идет речь о правиле прецедента, которое специально касается только решений, вынесенных английскими высшими судами.

342. Публикация прецедентов. Некоторое послабление в правило прецедента было внесено в связи с условиями, обеспечивающими публикацию судебных решений. При публикации делается определенный отбор: публикуется 75% решений палаты лордов, 25% решений Апелляционного суда и только 10% решений Высокого суда. Таким образом, вполне возможно отсеять те решения, которые не следует считать прецедентами. Огромный поток решений, способный затопить английских юристов и ослабляющий авторитет прецедента, следовательно, уменьшается.

343. Способ цитирования судебных решений. Английские судебные решения цитируются не так, как приговоры и решения судов во Франции. Правильный способ цитирования таков: Read v. Lyons (1947) А. С. 156. Рид-- истец. Лайонс--ответчик. Буква v., разделяющая эти имена,-- сокращенное "versus" -"против". Но когда цитируется дело, это слово произносится не по-латыни, а по-английски, причем двояким образом: как "и" и как "против". Дальнейшие данные указывают, что решение помещено в сборнике "Law Reports" в серии "Арреа1 cases" (решения Апелляционного суда) в томе, изданном в 1947 году, на странице 156 и след.

344. Сборники судебной практики. Английские юристы хорошо знают значение буквенных сокращений, которые отсылают к различным сборникам судебной практики. Они расшифрованы в начале каждого тома "Законов Англии" Хэлсбэри.

Наиболее ходовые сборники сегодня -- это "Law Reports", состоящие из нескольких серий: одна -- решения палаты лордов и Судебного комитета Тайного совета, три другие -- соответственно решения трех судов, составляющих Верховный суд. Наряду с этим полуофициальным сборником довольно часто ссылаются на "All England Law Reports" и "Weekly Law Reports".

Отдел II. Закон

345. Классическая теория закона. Вторым источником английского права наряду с судебной практикой является закон,-- закон в прямом смысле этого слова (statute? Act of Parliament) и различные подзаконные акты, принятые во исполнение закона (английские авторы объединяют их под общим наименованием: делегированное, или вспомогательное, законодательство). Как известно, в Англии нет писаной конституции, и то, что англичане называют конституцией, представляет собой комплекс норм законодательного, а еще чаще судебного происхождения, гарантирующих основные свободы граждан и призванных ограничить произвол власти. Сам парламент не знает иных ограничений своего всемогущества, кроме контроля со стороны общественного мнения, которое в этой стране, с ее демократическими традицией и духом, имеет реальное значение.

Классическая теория видит в законе (в строгом смысле этого слова) лишь второстепенный источник права. Согласно этой теории, закон привносит лишь ряд поправок и дополнений к праву, созданному судебной практикой. В нем следует искать не принципы права, а лишь решения, которые уточняют или подкрепляют принципы, выработанные судебной практикой. Созданные суверенным органом, представляющим нацию,-- парламентом, законы заслуживают полного уважения и должны в точности применяться судьями. Вместе с тем они только вносят некоторые исключения в общее право и, согласно поговорке exceptio est strictissimae interpretationis (исключения следует толковать строго ограничительно), должны толковаться ограничительно. Некоторые английские авторы дают характерные примеры такого двойного принципа толкования писаного закона, когда, с одной стороны, требуется толкование буквальное, а с другой -- ограничительное. С этим тесно связана техника редактирования английских законов.

Главное, однако, заключается не в указанных примерах, весьма ярких, но носящих сами по себе исключительный характер, если оставить в стороне уголовное право. Главное -- то, что закон, согласно традиционной английской концепции, не считается нормальной формой выражения права, а всегда является инородным телом в системе английского права. Судьи, конечно, применяют закон, но норма, которую он содержит, принимается окончательно, инкорпорируется полностью в английское право лишь после того, как она будет неоднократно применена и истолкована судами, и в той форме, а также в той степени, какую установят суды. В Англии всегда предпочтут цитировать вместо текста закона судебные решения, применяющие этот закон. Только при наличии таких решений английский' юрист будет действительно знать, что же хотел сказать закон, так как именно в этом случае норма права предстанет в обычной для него форме судебного решения.

Такова классическая теория закона, соответствующая английской традиции. Однако возникает вопрос: не нуждается ли она ныне в пересмотре?

346. Важность закона в наше время. В последнее столетие, и особенно после второй мировой войны, в Англии происходило интенсивное развитие законодательства. Появлялось все больше законов дирижистского толка, существенно модифицирующих старое право и создающих новый раздел в английском праве. Все эти законы, направленные на создание нового общества, как-то: законы в областях социального обеспечения, просвещения и здравоохранения или законы, регулирующие развитие экономики, транспорта, городов,-- так далеки от традиционной системы, что не может быть и речи о применении к ним традиционных английских принципов толкования. Закон о правовой комиссии 1965 года создал новый орган, которому было поручено изучить вопрос о требуемых реформах английского права. Одна из проблем, которую комиссия включила в программу своих работ,-- толкование законов'. Однако очень трудно изменить сложившийся взгляд судей и юристов на закон, и вряд ли можно ожидать, что издание новых технических правил что-либо здесь изменит.

347. Традиционное общее право и новое право. Таким образом, наряду с общим правом в Англии возникает система дополнительных норм права (в определенных областях), установленных законодателем или исполнительной властью, и эти нормы вполне можно сравнивать с французским административным правом. Безусловно, в Англии не существует системы административной юрисдикции, обособленной от обычной юрисдикции. Судебная власть суверенно контролирует применение новых законов. Но как мы уже говорили, весьма возможно, что этот контроль будет ограничен и сведен лишь к проверке порядка рассмотрения администрацией споров без контроля за вынесенным решением по существу. Применяемое различными административными органами новое право вполне может образовать право администрации в отличие от права юристов, хотя только второй термин применяется сейчас. Именно это новое право часто более непосредственным образом интересует граждан (пенсионное право, право на социальное обеспечение и т. д.), более затрагивает экономику страны (хозяйственное право), чем право, применение которого остается целиком в руках юристов и традиционной юрисдикции.

Нельзя правильно оценить роль закона в Англии без учета этого нового элемента, значение которого в наши дни первостепенно. Можно в этой связи сказать, что закон в сегодняшней Англии играет не меньшую роль, чем судебная практика. Тем не менее английское право остается правом судебной практики по двум причинам: во-первых, судебная практика продолжает руководить развитием права в различных, весьма важных отраслях; во-вторых, привыкнув к вековому господству судебной практики, английские юристы до сих пор не освободились от влияния традиции. Для них норма права будет подлинной лишь тогда, когда она предстанет на фоне конкретного случая и окажется необходимой для решения спора. Эта приверженность к традиции и мешает английским законам занять такое же место, как законы и кодексы на Европейском континенте.

348. Способ цитирования законов. Обычно английские законы цитируются без указаний точной даты их издания, Сдается лишь их краткое название, предусмотренное специальной статьей в каждом законе. Например, Закон о местном управлении 1948. Статьи закона (sections) обозначаются буквой "S" и номером статьи. Части статьи обозначаются словом "sub-s" (sub-sections, подраздел).

Тексты законов можно найти в серии "Статуты" упомянутого выше "Law Reports" или же в сборнике "Статуты Англии" Хэлсбери. Наиболее важные законы и парламентские документы публикуются отдельными брошюрами, издаваемыми Н. М. Stationery Office в Лондоне. В Англии нет официального органа опубликования законов, подобного тем, какие существуют в других странах.

Отдел III. Обычаи

349. Всеобщий старинный обычай. Наряду с судебной практикой и законом существует третий источник английского права-- обычай (custom). Значение обычая весьма второстепенно и не идет в сравнение с основными источниками английского права.

Английское право не является правом обычным. Всеобщий старинный обычай королевства, на базе которого якобы и сложилось общее право, всегда был чистейшей фикцией. В Англии обычное право существовало только до возникновения общего права, которое могло заимствовать некоторые нормы местных обычаев, действовавших в те времена. Сам процесс создания общего права был направлен на разработку права судебной практикой на основе разума, с тем чтобы оно заменило право англосаксонского периода, основанное на обычае.

350. Местные или торговые обычаи. В настоящее время обычай имеет весьма ограниченное значение в английском праве. Его роль не может быть значительной в силу давно установленного правила, согласно которому обычай можно считать обязательным лишь в том случае, если он имеет характер старинного обычая. Действующий до сих пор Закон 1265 года уточнил это условие, установив, что старинными считаются обычаи, существовавшие до 1189 года. Конечно, доказательств такой древности обычая в настоящее время не требуется, но обычай не будет считаться юридически обязательным, если будет доказано, что он еще не мог существовать в 1189 году.

Требование, чтобы обычай был старинным, касается только местных обычаев, на торговые обычаи (mercantile customs) оно не распространяется. Главным образом в этой области и действуют после поглощения торгового права общим правом юридически обязательные обычаи.

Практика последнего времени свидетельствует о том, что по разным поводам возникают новые обычаи. Однако их значение весьма незначительно, тем более что, как только обычай санкционируется законом или судебной практикой, он теряет характер обычая и вместе с тем гибкость, способность эволюционировать. Он превращается в законодательную норму или норму, созданную судом, и подпадает под действие правила прецедента.

351. Действительное значение обычая. С учетом всего вышесказанного значение обычая тем не менее нельзя недооценивать. Английское общество, как и всякое другое, регулируется не только правом. Обычай, хотя и не имеет большого значения в качестве источника права, играет определенную роль в жизни англичан и глубоко влияет даже на то, как право регулирует эту жизнь. Например, в конституционном плане Англия, во многих аспектах строго юридически, является абсолютной монархией. Министры -- это слуги королевы, которые могут быть отозваны, когда она пожелает; военные корабли и публичные сооружения являются собственностью королевы; пенсии и даже жалованье чиновников даются им милостью Ее Величества. Английское конституционное право казалось бы абсурдным, если его излагать без учета конституционных обычаев, которым теоретически не придается юридический характер, но которые господствуют в английской политической жизни.

Та же картина и в области уголовного права. Теоретически вопрос о привлечении присяжных к рассмотрению дела решается судьей по его усмотрению. Однако обычай строго предписывает участие присяжных в определенных делах. Для француза такой сложившийся обычай -- право, англичанин же будет сомневаться в этом и предпочтет рассматривать такой обычай как сложившуюся практику (нечто аналогичное конституционному обычаю), которой никто не хочет пренебрегать, но которая, строго говоря, не является правом.

Общественная жизнь пронизана правилами поведения, которые традиционны и не вызывают сомнения. Эти конвенционные правила и сложившаяся на их основании практика не считаются источниками права, пока они не получат санкции судьи, хотя это подчас и отрицательно влияет на развитие и действие таких правил. Однако без их учета нельзя получить правильное представление о роли обычая в жизни страны.

Отдел VI. Доктрина и разум

352. Открытая система и замкнутая система. Общее право первоначально основывалось на разуме, используя фикцию всеобщего старинного обычая королевства. До тех пор пока не сложились более точные нормы, придавшие большую стабильность общественным отношениям, разум был неисчерпаемым источником, к которому прибегали суды для восполнения пробелов в системе английского права.

Принцип здесь одинаков и для Англии, и для стран, где сложилась романская правовая система. Но есть одно очень важное отличие. В странах писаного права, где право является главным образом продуктом законодательства и нормы права носят общий характер, разум обычно ищут в рамках самого действующего права в процессе его применения и толкования. Наличие пробелов в праве признается с трудом. Разум играет более важную роль в толковании закона, чем в том, чтобы восполнять право. В английском праве, созданном судебной практикой, положение иное. Казуистический аспект права предполагает много пробелов, и разум признается вспомогательным источником права, призванным восполнить эти пробелы. Техника толкования права заменяется техникой исключений, при помощи которой устанавливаются новые, более точные нормы, а не применяются уже существующие. Романо-германские правовые системы -- системы замкнутые, общее же право -- открытая система, где постоянно создаются новые нормы, основанные на разуме.

353. Юридические принципы. Это различие в подходе представляет интерес скорее с точки зрения теоретической, чем практической. Даже в странах, где право создано судебной практикой, имеется тенденция выдвинуть на первый план не разум как вспомогательный источник права, а юридические принципы, вытекающие из всего комплекса судебных решений. Разум используется в основном для того, чтобы признать эти принципы, которые и являются его наиболее ярким выражением.

354. Элементы рационального решения. Что же такое разум, о котором идет речь? Это разумное решение спора, когда по данному вопросу нет ни прецедента, ни законодательной нормы, ни обязательного обычая. Это прежде всего поиски решения, наиболее соответствующего нормам действующего права, а поэтому наиболее удовлетворительного, обеспечивающего порядок в сочетании со справедливостью, которая и составляет основу права. Поиск решения на основе разума не произвольный процесс. Необходимо прежде всего руководствоваться общими принципами действующего права, в чем играют определенную роль доктрина, а также, главным образом в Англии, попутные высказывания судей о праве (obiter dicta); имеют значение и судебные решения, не являющиеся прецедентами. Если бы в данной связи имели значение только обязательные прецеденты, то роль правосудия и справедливости была весьма ограниченна.

Таким образом, мы видим, что, хотя теоретически разум играет вспомогательную роль, в действительности он имеет первостепенное значение. Заслуга общего права заключается в том, что оно в течение многих веков осталось, как говорится в Ежегодниках, "совершенством разума". Избегая опасности слишком строгого следования прецедентам, английские юристы, за исключением определенных периодов, придерживались утверждения Кока, что "разум -- это жизнь права, и общее право есть не что иное, как разум...". Однако разум не является каким-то неопределенным чувством справедливости конкретных индивидуумов; это разум в том виде, как он понимается судьями, заботящимися прежде всего о создании стройной системы права. Разум существует, как сказал Кок королю Якову I, чтобы запретить ему вмешательство в правосудие.

Отдел V. Заключение

В странах континентальной Европы существует много ошибочных мнений и предрассудков относительно теории источников английского права, что вызывает необходимость сделать короткое резюме, чтобы исключить какие-либо кривотолки.

355. Обычай. Отбросим прежде всего столь распространенное мнение, что английское право--это право обычное. Такое мнение возникло у многих европейских юристов потому, что они придерживаются альтернативы: право может быть либо писаным, основанным на кодексах, либо неписаным и, следовательно, обычным. Английское право никогда не было обычным: это право судебной практики. Общее право действительно заменило английское обычное право, выражавшееся в существовании различных местных обычаев. Современное действие правила прецедента игнорирует понятие сложившейся судебной практики, родственное понятию обычая. Обязательный прецедент создается одним-единственным судебным решением, вынесенным определенным судебным органом.

356. Закон. Следует, далее, отбросить мысль, что законодательство в английском праве является источником права второстепенного значения. В настоящее время это уже неправильно. Правда, в Англии нет кодексов, но писаное право там есть, и почти такое же значительное и развитое, как на континенте. Законом вносится сейчас больше, чем дополнениями общего права. Существуют широкие сферы общественной жизни, применительно к которым основополагающие принципы правопорядка следует искать только в законе. Единственно правильным остается то, что английский законодатель не придерживается тех традиций, которым следует его европейский коллега; он плохо составляет нормы права общего характера. Правильно также и то, что английский юрист с трудом приспосабливается к технике законодательства. Английские законы более казуистичны, чем французские. Не может быть и речи о том, чтобы воспроизводить в них доктринальные формулы, подобно тому как использованы труды Потье во французском Гражданском кодексе. Англичане не воспринимают европейских правовых норм: они им кажутся часто просто общими принципами, выражающими какие-то пожелания морального порядка или устанавливающими скорее политическую программу, а не нормы права. Английский законодатель пытается находиться по возможности на уровне норм, созданных судебной практикой, так как только такие нормы считаются в английском праве настоящими нормами. С другой стороны, принципы, содержащие в законе, признаются английскими юристами и интегрируются в систему общего права, после того как они будут применены, переосмыслены и развиты судебной практикой.

357. Правило прецедента. Следует отбросить и третье представление, а именно о правиле прецедента как о применяющемся якобы автоматически, а тем самым парализующем развитие английского права. История опровергла этот взгляд: правило прецедента препятствует развитию английского права не больше, чем кодификация -- развитию европейского континентального права.

Правило прецедента не имеет иной цели, кроме одной: придать английскому праву определенные рамки, сохранив его традиционную структуру как права судебной практики. Если в XIX веке правило прецедента соблюдалось чрезвычайно строго, то только потому, что этого требовали условия того времени. В то же самое время и в аналогичных условиях во Франции превалировала школа экзегезов. Сейчас общественное развитие требует большей гибкости в силу ускоренного темпа трансформации, которой подвержено общество. На континенте смогли удовлетворить эти требования, сохранив кодексы, но установив более гибкие методы толкования. В Англии сохраняется правило прецедента, но в тех отраслях, где это необходимо, приспосабливаются к требованиям эпохи, разрабатывая новые доктрины и используя так называемую технику исключений. Развитие при этом шло достаточно быстро, хотя законодатель крайне редко вторгался в традиционные сферы общего права.

358. Техника исключений. Это основной технический прием английского права. Формирование английского юриста заключается в овладении данной техникой с тем , чтобы узнать все возможности, а также пределы ее использования. Положение сложилось такое же, как на континенте в отношении толкования закона. Не существует строгих канонов для толкования закона; должно быть развито определенное понимание, как и в какой мере можно прибегать к тому или иному методу толкования, какие шансы имеются для того, чтобы заставить суд изменить судебную практику. В Англии единственное отличие состоит в том, что никогда не говорят об изменении судебной практики, а лишь о новом развитии права путем применения техники исключений. Всякий "поворот судебной практики" в Англии исключается; правило прецедента -- это потребность права судебной практики. Фактически, используя технику исключений, в Англии приходят к нужным результатам, не колебля самого здания права, подобно тому как во Франции принимают новые решения, оставляя внешне неизменными старые кодексы.

Как и на континенте Европы, в Англии существуют отрасли, где нормы права более стабильны, и отрасли, где они менее стабильны. Возможности развития могут быть ограничены или даже совсем заторможены на какой-то период определенным законом или новым судебным решением по какому-то отдельному вопросу. Многое зависит также от психологии судьи, который должен вынести решение по делу. В Англии есть "хорошие судьи", допускающие исключения и устанавливающие тем самым основы для дальнейшего развития права. Другие судьи (их большинство) более ограниченны, консервативны; их задача -- сдерживать пыл своих более прогрессивных коллег.

Техника исключений тесно связана с английским понятием правовой нормы. При помощи исключений английские юристы пытаются все более и более ограничить сферу применения и содержание нормы, которая в своем первоначальном виде всегда кажется им чересчур общей. Не случайно правовая норма в английской концепции уже, чем во французской. Это естественно и необходимо в праве, созданном судебной практикой. Английская теория источников права -- логический результат этой концепции.

359. Доктрина. Несколько слов надо сказать и о доктрине. Значение доктрины недооценивается в Англии еще больше, чем на континенте, так как английское право меньше, чем на континенте, обязано ученым, а больше -судьям. Однако и здесь следует остерегаться окончательных формулировок. Англия -- страна, где некоторые, доктринальные труды, написанные, правда, судьями, получили квалификацию авторитетных книг (books of authority); произведения Глэнвилла, Литлтона, Кока имеют огромный престиж. Их изложение права своей эпохи имело в судах авторитет, равный авторитету закона во Франции.

После освобождения от формализма XIX века роль доктрины изменилась и возросла. Студенты-юристы в наше время, как правило, обучаются в университетах. Они изучают право, в большей мере слушая лекции или читая труды своих учителей, занимаясь по учебникам, чем знакомясь с работой юристов-практиков. Они получают знания в области материального права, в то время как процесс далеко не всегда преподается в английских школах права! Поэтому совершенно неизбежно возникает новое отношение к доктрине.

360. Разум. С особой очевидностью английское право предстает перед нами как продукт истории, если мы посмотрим на его категории и концепции, а также обратим внимание на особую роль судебной практики. "Жизнь права управлялась не логикой,-- писал Холмс,-- а опытом". Остережемся, однако, преувеличивать в этой связи, как иногда делают, различие между английским и французским правом. Романские системы права не меньший результат истории, чем английское право, только история их другая. В ней большая роль принадлежит университетскому образованию, доктрине и законодательству, в результате чего структура права в странах континентальной Европы более системна и, может быть, более рациональна и логична, чем структура английского права. Но правда ли, что английское право более эмпирично и менее логично, чем романские правовые системы? Мы в этом серьезно сомневаемся. Между эмпиризмом англичан и логикой французов существует нечто среднее -- понятие, примиряющее их и являющееся центром обеих систем. Это понятие -- разум.

Конечно, английское право было создано и уточнено в ходе разрешения споров, переданных в королевские суды. Но когда эти суды рассматривали споры, не эмпиризм заставлял их принимать по каждому спору справедливые решения. Чтобы создать систему, ставшую общим правом, надо было каждый раз искать решение наиболее разумное, а определялись эти поиски желанием обеспечить единство судебных решений, что неизбежно заставляет обращаться к логике.

В Англии, как и во Франции, при всем различии путей формирования права всегда существовала одна и та же концепция основы права; право -- это прежде всего разум (Lex est aliquid rationis). Данная концепция была отброшена на континенте в XIX веке с торжеством доктрины правого позитивизма, когда слили воедино понятия "право" и "закон". Но в наши дни наблюдается тенденция к ее восстановлению. В Англии эта концепция сохраняется, так как там право считается плодом разума и его отличают от закона.

Нам кажется естественным прибавлять к слову "право" национальный эпитет (французское право, бельгийское право и др.), и многие сомневаются, существует ли право вообще. Мысль, что право -- это разум, вызывает у англичан в соответствии с традицией некоторое чувство наднациональности, или скорее вненациональности, права. Термин "общее право" применяется, как правило, без национального эпитета. В общем праве не хотят видеть систему национального права; оно--"общее наследство всех наций английского языка", призванное, как таковое, играть такую же роль, какую играло в континентальной Европе римское право до эпохи кодификаций'.

Практически, однако, существует различие между правовыми системами разных стран общего права. Мы увидим это при изучении права США.

Однако, заканчивая экскурс в английское право, нам хотелось бы акцентировать идею вненационального права, основанного на разуме, которая характеризует общее право. Эта идея противоположна советской концепции права. Она -- основа, на которой достигается единство правовых систем западного мира, их независимости от произвольных национальных политик.

Раздел второй ПРАВО США

361. Распространение английского права. Право, выработанное в Англии после нормандского завоевания и создания королевских судов, получило значительное распространение. Общее право стало одной из крупнейших правовых систем мира наряду с романской правовой системой и возникшей позднее социалистической системой.

Однако в процессе распространения общее право претерпело некоторые изменения, вызванные особыми условиями воспринимавших его стран. Эти изменения и дополнения различны в разных странах. Характер их зависит главным образом от прочности связей, сохранившихся между той или иной страной и Великобританией, от географических данных, от влияния местной цивилизации и от иных факторов.

В настоящей работе из всех стран, реципировавших .общее право, будет рассмотрено право США. Автор сожалеет, что в рамках данной книги он лишен возможности проанализировать право других стран этой семьи.

Глава 1. ИСТОРИЯ ПРАВА США

362. Исторические сведения: принцип дела Кальвина. Первые английские поселения на территории современных США возникли в XVII веке: независимые колонии были созданы англичанами в Виргинии (1607 год), в Плимуте (1620 год), в Массачусетсе (1630 год) и Мэриленде (1632 год); колония Нью-Йорк, основанная голландцами, стала английской только в 1664 году; колония Пенсильвания, ранее принадлежавшая шведам,-- в 1681 году. 13 колоний были основаны в 1722 году.

Какому праву подчинялись эти английские колонии"? Ответ, данный на этот вопрос в Лондоне в связи с делом Кальвина в 1608 году, сводился к следующему: подлежит применению общее право Англии; обосновываясь на территориях, не освоенных цивилизованными нациями, английские подданные приносят с собой и общее право. Английские колонии в Америке попадают под это правило. Следовательно, в принципе подлежит применению общее право и вместе с ним -- английские законы, изданные до колонизации Америки и вносившие дополнения или изменения в общее право. Датой начала применения общего права во всех американских колониях считается, согласно Кенту, 1607 год, то есть дата образования первой колонии. Это положение, хотя и весьма спорное (так как до 1776 года не существовало никаких связей между различными колониями), как будто получило всеобщее признание.

Принцип дела Кальвина, однако, содержит одно ограничение: общее право Англии применяется в колониях только "в той мере, в какой его нормы соответствуют условиям колоний".

363. Американское право в XVII веке. Если мы перенесемся в Америку XVII века, то увидим, что преобладало именно это ограничение, а не сам принцип дела Кальвина. Нормы английского общего права совершенно не соответствовали условиям жизни американских колоний.

Тесно связанное с архаической процедурой, требовавшей опытных практиков, общее право было неприменимо на территориях, где практически не было, несмотря на пестроту населения, никаких юристов и где вовсе не заботились о том, чтобы их пригласить или готовить. Кроме того, важнейшие нормы общего права были выработаны феодальным обществом и для феодального общества, то есть для общества такого типа, от которого американские колонии были далеки. Проблемы, которые вставали перед колонистами, были совершенно новыми проблемами, разрешить которые общее право не могло. Кроме того, общее право вовсе не нравилось колонистам: в большинстве случаев они вынуждены были эмигрировать из-за преследования и отнюдь не видели, подобно английским юристам, в общем праве бастиона свободы личности. Вследствие всего этого в Америке не знали общего права; по выражению Паунда, "незнание -- основной фактор формирования американского права".

Что же фактически применялось в Америке? Если оставить в стороне отдельные распоряжения местных властей, то можно сказать, что практически действовало довольно примитивное право, созданное в некоторых колониях на основе Библии. Повсюду была широко распространена свобода судейского усмотрения. Как реакция на произвол судей в различных колониях предпринимались попытки кодифицировать право, но примитивные кодексы, составленные в период с 1634 (в Массачусетсе) по 1682 год (в Пенсильвании), ничего общего не имели с современной техникой кодификации. Основной интерес представляет не содержание, а сам дух и цель этой кодификации. Американские колонисты XVII века благожелательно относились к писаному праву в отличие от англичан, которые в тот же период видят в законе опасность произвола и угрозу своим свободам. Таким образом, с самого начала мы видим расхождение точек зрения англичанина и американца и ориентацию американцев на формулы, которые не в фаворе у английских юристов.

364. XVIII век. Положение меняется в XVIII веке с улучшением условий жизни колонистов, с изменением их экономики и взглядов. В колониях ощущается потребность в более развитом праве. На общее право начинают смотреть по-иному: во-первых, потому, что оно может_ быть использовано для защиты от королевского абсолютизма, и, во-вторых, потому, что в нем видят связующее звено между всем, что есть английского в Америке, против угроз, идущих от французских колоний -- Луизианы и Канады. Вместе с тем масштабы применения общего права по-прежнему оставались объектом сомнений и споров; юристов по-прежнему не хватало, и судья с юридическим образованием был редкостью. Возникает течение в пользу более широкого применения общего права; американские суды выражают свое намерение применять различные английские законы (например. Закон 1677 года о мошенничестве); в Филадельфии в 1771--1772 годах были изданы комментарии Блэкстона.

365. Независимость Америки. Независимость, провозглашенная в 1776-м и окончательно установленная в 1783 году, создала для бывших английских колоний, ставших Соединенными Штатами Америки, совершенно новые условия. Французская угроза, несколько уменьшившаяся в результате аннексии Канады Англией в 1763 году, полностью исчезла с приобретением Соединенными Штатами Америки Луизианы в 1803 году. Франция стала для США другом и союзником, а все враждебные настроения были обращены против Англии. После завоевания политической независимости возникла и стала популярной идея самостоятельного американского права. Республиканские идеалы и идеи национального права обусловили благоприятное отношение к кодификации. Казалось нормальным, что Декларация прав и Конституция США (провозглашенная 17 сентября 1787 года) будут дополнены кодексами. Территория Нового Орлеана, выделенная из бывшей Луизианы, могла явиться примером в этом отношении, так как после вступления в Союз в Новом Орлеане были приняты кодексы французского типа, в том числе и Гражданский кодекс (1808 год). В 1811 году Бентам предложил свои услуги президенту Мэдисону для составления кодекса США.

До середины XIX века можно было сомневаться относительно исхода борьбы, которая велась в Америке между сторонниками общего права и приверженцами кодификации. В Массачусетсе в 1836 году законодательная комиссия потребовала составления кодекса; Конституция штата Нью-Йорк 1846 года предусматривала составление систематизированного кодекса, включающего все право штата. Еще в 1856 году историк английского права Генри Мэн предсказывал успех романо-германской правовой системы в США. Многие обстоятельства, казалось, говорили в пользу этого; ряд штатов после провозглашения независимости запретил ссылаться на английские судебные решения, вынесенные после 1776 года; к Союзу было присоединенно много территорий, где действовало, во всяком случае теоретически, французское или испанское право и не существовало никаких традиций общего права. Кроме того, Америку населяли толпы новых иммигрантов, приехавших из стран, где общее право не было известно, и в которых, как, например, в Ирландии, не любили все английское. Труды Потье и Дома были переведены и изданы в США; возникло мощное движение, требующее кодификации американского права, связанное в Нью-Йорке с именем Дэвида Дедлея Фильда. Этому деятелю удалось добиться принятия в ряде штатов уголовных, уголовно-процессуальных и гражданско-процессуальных кодексов.

366. Триумф общего права. Однако Соединенным Штатам Америки суждено было остаться системе общего права, за исключением территории Нового Орлеана, ставящего в 1812 году штатом Луизиана. Другие территории, присоединившиеся к Союзу, могли теоретически подчиняться французским, испанским или мексиканским законам. Однако фактически эти законы там были неизвестны, и поэтому в Техасе (с 1840 года) и в Калифорнии (с 1850 года) в принципе было адаптировано общее право Англии, а прежние традиции были сохранены только для нескольких институтов (брачный режим, земельный режим). Повсюду утвердились концепции, которые ранее применялись в бывших английских колониях, а они были тесно связаны с общим правом.

Причины триумфа общего права не требуют особою объяснения. Прежде всего это триумф традиции. Английский язык и английское происхождение населения страны сохранили США в семье общего права. Этому способствовали труды некоторых юристов, среди которых прежде всего следует назвать Кента, с его комментариями (1826-- 1830 годы), и Стори. Вспомним также и о влиянии некоторых школ права, которые, правда, получили настоящее распространение только после Гражданской войны (1861--1865 годы), но которые сразу после завоевания независимости способствовали формированию юристов благодаря системе обучения, основанной на общем праве.

Общее право безоговорочно победило в США. Законы большинства штатов прямо оговорили, что общее право по, состоянию на определенную дату является действующим правом. В других штатах обошлись без такого уточнения.

Конфликт между романо-германской правовой системой и общим правом, который возник в стране после завоевания независимости и продолжался более полувека, не был бесплодным. Он значительно способствовал тому, что общее право США приобрело специфический, отличающийся от общего права Англии характер. США остались страной общего права в том смысле, что там, в общем, .сохраняются концепции, способ мышления и теория источников английского права. Однако в системе общего права право США занимает особое место; оно имеет черты, придающие ему оригинальность и часто сближающие его с романо-германской правовой системой, притягательную силу которой право США испытало в определенный период своей истории.

367. Причины отличия. Триумф общего права в США пришел трудным путем и не был полным. Многие нормы общего права никогда не применялись в США" так как они были неприемлемы в условиях Америки. Часть норм английского права не действовали в США в силу того, что они созданы не судами; раз и навсегда было установлено, что законы, принятые парламентом, будут применяться вне Англии только по специальному решению парламента.

Наиболее важно отметить, что в Америке было воспринято английское право, которое действовало в Англии в ту эпоху, когда Англия господствовала над Америкой, то есть до 1776 года. Вопрос о применении в Америке более поздних норм никогда даже не вставал. Изменения, происшедшие в английском праве после 1776 года, не обязательно отражались в праве США. С момента возникновения американского суверенитета развитие английского и американского права шло в принципе независимо. Чтобы убедиться в этом, достаточно проследить эволюцию английского права после 1776 года и развитие американского общества после той же даты. Англия и современное английское право глубоко отличаются во многих аспектах от Англии и английского права XVIII века. Америка тоже не осталась неизменной. Даже с чисто географической точки зрения нет тождества между 13 колониями, провозгласившими свою независимость, и современными США. Страна, насчитывающая 220 миллионов жителей, с мощной индустриализацией, самая богатая держава мира, не имеет ничего общего с прибрежной территорией, где насчитывалось менее 3 миллионов жителей, завоевавших свою независимость 200 лет назад. Образ жизни, способ мышления, экономические условия ставят совсем другие проблемы, чем это было в колониальную эпоху и в европейской среде, к которой принадлежит Англия. Право США не может быть английским правом, оно отделено от английского права всем тем, что отделяет образ жизни и цивилизацию Америки от образа жизни и цивилизации Англии.

368. Английское влияние. Вместе с тем Англия долгое время являлась моделью для американских юристов. Развитие, достигнутое Англией в экономическом и культурном отношении, и отставание американских университетов и доктрины заставляли судей США строго руководствоваться этим образцом, согласовывать развитие американского права с развитием права английского, хотя это и не было обязательным. Поэтому можно наблюдать некоторый параллелизм в развитии английского и американского права. С некоторых точек зрения можно даже утверждать, что по мере того, как условия жизни в США сближались с условиями жизни в Европе, американское право стало более близким к английскому праву, чем в колониальную эпоху.

Структурные реформы, осуществленные в английском праве в течение XIX века, нашли в общем виде отражение и в США. В различных штатах, как и в Англии, отбросили старинные формы исков и приняли значительно менее формальную процедуру, которая позволила юристам уделить больше внимания материальному праву, а не отправлению правосудия. Соотношение между общим правом и правом справедливости также было пересмотрено, в результате чего в большинстве штатов был ликвидирован дуализм юрисдикции общего права и права справедливости. Наконец, в различных штатах выявилась тенденция в пользу определенной рационализации. Как и в Англии, здесь старались очистить право от архаичных решений и норм, пытались сделать право более доступным, систематизируя нормы права по отраслям путем их консолидации.

Развитие, начавшееся в XIX веке, продолжалось и в XX веке. С другой стороны, в XX веке в США, как и в Англии, появилась новая тенденция. Право перестали рассматривать только как средство разрешения споров, все более и более оно стало представлять в глазах граждан и самих юристов орудие, способное создать общество нового типа и именно для этого предназначенное. Развивается как в общефедеральном масштабе, так и в каждом штате ранее неизвестная "административная власть" наряду с тремя традиционными властями: законодательной, исполнительной и судебной.

Общие черты развития английского и американского права говорят, таким образом, об их сходстве, которое не вызывает сомнений.

369. Оригинальность американского права. Обе системы права, однако, никогда полностью не совпадали. Различие между английским и американским правом первоначально объяснялось невозможностью применять в Америке английское право. В настоящее время различие или даже "противоположность этих систем вызывается, если абстрагироваться от национального суверенитета, целым комплексом довольно сложных факторов, которые в различных планах делают США и американцев государством и ' нацией, глубоко отличающимися от Англии и англичан. Англия -- это европейский остров; США -- континентальный массив, не зависящий от своих непосредственных соседей. Англия -- страна традиций; США, гордые своими предками, сбросившими иго колониализма и тем самым создавшими новую родину для иммигрантов многих рас, отвергают слишком древние традиции, Англия -- монархия, ее политический режим парламентарного типа; сша -- республика, имеющая президентский режим. Англия всегда была очень централизованной в вопросах отправления правосудия; США -- государство федеральное, в котором необходимо примирять общенациональные интересы и партикулярные интересы штатов. Есть серьезные различия и в экономической структуре обеих стран. Их население, различное по количеству, различно и по своему этническому составу, по вероисповеданию, образу жизни и настроениям. Американский образ жизни не является идеалом для англичан; система образования в США иная, чем в Англии; даже язык американцев имеет тенденцию отделиться от английского языка.

Поскольку страна столь отлична от Англии, то, разумеется, проблемы в ней возникают и решаются иначе, чем в Англии. Американское право развивалось под воздействием иных факторов и потому глубоко отличается от права английского. Но дело не ограничивается различием норм права. Различие идет дальше, оно охватывает понятийный фонд и структуру права. Американские юристы профессионально организованы не так, как английские юристы; американское отношение к праву отличается от английского; даже теория источников права практически неодинакова в США и в Англии.

Разумеется, нельзя преувеличивать все эти расхождения. При всем том обе правовые системы имеют общую основу, и это очень существенно и, во всяком случае, достаточно для того, чтобы американцы сами без всяких колебаний считали себя членами семьи общего права. Но стоящая за этим чувством реальность говорит о диверсификации двух правовых систем. Если американскому юристу с высшим образованием не так уж сложно понять английское право, то английскому юристу не очень легко разобраться в американском праве; для изучения этого права ему потребуется определенная подготовка.

Глава II. СТРУКТУРА ПРАВА США

370. Право США и английское право. Право США по своей структуре относится к семье общего права. В Англии и США -- одна и та же общая концепция права и его роли; в обеих странах существует, в общем, одно и то же деление права, используются одни и те же понятия и трактовка нормы права. Категории "общее право", "право справедливости", "доверительная собственность" понятны и естественны как для английских, так и для американских юристов. Для американского юриста, как и для английского, право -- это только право судебной практики; нормы, выработанные законодателем, как бы многочисленны они не были, несколько смущают юристов, которые не считают их нормальным типом норм права; эти нормы по-настоящему входят в систему американского права лишь после того, как они будут неоднократно применены и истолкованы судами, когда можно будет ссылаться не на сами нормы, а на судебные решения, их применившие. Если нет прецедентов, американский юрист охотно скажет: "По этому вопросу право молчит",-- даже если существует совершенно очевидная норма закона, относящаяся к данному вопросу.

Право США, следовательно, в целом имеет структуру, аналогичную структуре общего права. Однако только в целом; стоит приступить к рассмотрению той или иной проблемы, как выявляются многочисленные структурные различия между американским и английским правом, многие из которых действительно существенны и не могут сбрасываться со счетов.

Следует особо изучить одно существенное различие, так как оно является основополагающим,-- различие, которое имеется в США (его нет в Англии) между федеральным правом и правом отдельных штатов. Прежде всего рассмотрим, что же скрывается за этими понятиями. Затем познакомимся с другими различиями между английским и американским правом, которые имеются в классификации, концепциях и терминологии.

Отдел I. Федеральное право и право штатов

371. Двойной аспект проблемы. США в отличие от Англии являются федеральным государством, в котором неизбежно возникает основной вопрос: о соотношении компетенции федеральных властей и властей штатов.

Этот же вопрос в области права возникает в двойном аспекте в связи с концепцией права, господствующей в странах общего права. Прежде всего по каждому вопросу Приходится выяснять, в ведении чьих законов и регламентов он находится -- федеральных властей или властей штатов. Этот вопрос возникает во всех федеральных государствах. Он понятен и юристам романской правовой семьи. Но в США он возникает и в другом аспекте, более трудном. Определить, в каких областях может законодательствовать конгресс США или устанавливать регламенты федеральная администрация, не значит исчерпать данную проблему в стране, где в праве не видят продукт прежде всего законодательного творчества. Право в США, как и в Англии, понимается как право судебной практики, основанное прежде всего на прецеденте и разуме. Законы и регламенты рассматриваются по традиции только как дополнения или коррективы к корпусу норм, ранее существовавших, то есть к системе общего права в узком смысле.

Тогда неизбежно возникает еще один вопрос: существует ли это общее право в рамках федерации или в рамках штатов? Иначе говоря, имеется ли общее право США (федеральное общее право) или общее право штата? Вопрос, как мы увидим, очень интересный, ибо он помогает уточнить метод понимания самого понятия права и общего права в странах английского языка.

372. Принцип: законодательная компетенция штатов. По каким же вопросам может законодательствовать конгресс США и когда вправе издавать подзаконные акты иные федеральные власти, какие вопросы относятся к компетенции "законодательных" и исполнительных властей штатов?

Десятая поправка к Конституции США, принятая в 1791 году, совершенно ясно разрешила этот вопрос: "Полномочия, не предоставленные настоящей Конституцией Соединенным Штатам и пользование которыми не возбранено отдельным штатом, остаются за штатами или народом". Этот принцип действовал всегда: законодательство относится к компетенции штатов; компетенция федеральных властей--исключение, которое всегда должно основываться на определенной статье Конституции.

Не следует удивляться установлению такого принципа. Вполне естественно, что он был выдвинут на следующий же день после завоевания Соединенными Штатами Америки своей независимости.

До Войны за независимость 13 колоний существовали совершенно самостоятельно одна от другой и имели мало общего по своему происхождению, по составу населения и его вероисповеданию, по экономической структуре и интересам. Не существовало между ними до революции и политических связей, помимо их общей связи с метрополией, или общих политических институтов.

373. Остаточная компетенция. Существенно, что даже по тем вопросам, по которым законодательствует конгресс, штатам предоставлена известная компетенция. Это .так называемая, остаточная компетенция. Штатам разрешается законодательствовать по этим вопросам, но им запрещается принимать положения, идущие вразрез с нормами федерального права. Зато им не возбраняется дополнять федеральное право или восполнять имеющиеся в нем пробелы. Наряду с федеральными налогами существует фискальное право в каждом штате.

Конгресс США воздерживался от издания законов по многим входящим в его компетенцию вопросам. Напомним, что в странах общего права сдержанно относятся к кодификациям и, хотя конгресс мог регламентировать внешнюю торговлю или торговлю между штатами, в США нет федерального закона, который регламентировал бы такие важные для этой сферы вопросы, как ценные бумаги, купля-продажа, торговые товарищества, конфликт законов. По трем из этих вопросов были изданы законы в штатах, восполнившие пробел. Что же касается четвертого -- конфликт законов,-- он остался в ведении общего права. До принятия закона 1938 года федеральные суды не имели даже правил, определяющих порядок их собственной деятельности (кроме Верховного суда США). Считалось, что федеральные суды должны применять процедуру, установленную правом отдельных штатов для своих судов.

Принцип остаточной компетенции штатов имеет определенные границы. Даже в отсутствие федеральных законов штаты не могут законодательствовать вразрез с духом Конституции и препятствовать торговле между штатами. И в других случаях также признавалось, что закон штата считается неконституционным, даже когда он не противоречит федеральным нормам, если отрасль, к которой он относится, подлежит регламентации исключительно федеральным правом.

374. Проблема общего права. Для того чтобы уяснить соотношение между федеральным правом и правом отдельных штатов, недостаточно знать установленный Конституцией принцип, гласящий, что федеральные законы могут приниматься только по определенным вопросам. Недостаточно также для более конкретного изучения вопроса знать, в каких же областях действительно существуют федеральные законы и регламенты. Право США в принципе, как и английское право,-- право судебной практики; его нормы устанавливаются судами, а принципы складываются на основе этих норм. Именно в этом суть права в глазах юристов США. Что же такое общее право в США? Существует ли национальное общее право, единое для всех штатов, или существует свое общее право в каждом из штатов?

С первого взгляда может показаться, что эта проблема решается достаточно просто. Конституция определяет круг вопросов, отнесенных к законодательной компетенции конгресса. Следовательно, в этой сфере действует и федеральное общее право; в других же сферах общее право может отличаться от штата к штату. Однако на пути этого простого решения встает ряд препятствий.

Во-первых, как уже отмечалось, конгресс нередко не реализует предоставленные ему законодательные полномочия и штаты в этих случаях могут использовать остаточную компетенцию, то есть издавать соответствующие законы. Возникает вопрос, не следует ли наряду с законодательными органами штата наделить и его судей полномочием создавать в этой ситуации нормы права.

Во-вторых, трудности обусловлены судебной организацией, существующей в стране, где наряду с федеральной судебной системой каждый штат имеет и свою иерархию юрисдикции. При этом компетенция обеих систем основана не на том принципе, по которому разграничивается законодательная компетенция конгресса и легислатур штатов. В федеральной юрисдикции находятся и споры по таким проблемам, которые не входят в законодательную компетенцию конгресса. Это дела, где стороны принадлежат к разным штатам, а сам спор достаточно важен. Очевидно, в этой ситуации федеральные суды будут чувствовать себя свободными в своей судебной практике даже тогда, когда рассматриваемые дела относятся к сферам, отнесенным к компетенции не федеральных властей, а штатов.

К этим двум усложняющим обстоятельствам добавляется и еще одно, уже психологического порядка. Хотя штаты сохраняют в США важные позиции, несомненно, что у американцев сегодня доминирует чувство принадлежности к стране в целом; они чувствуют себя гражданами США, а не Калифорнии или Индианы. Могут ли в этих условиях судьи и юристы согласиться с тем, что общее право различно в пятидесяти штатах, составляющих Союз?

375. Отсутствие федерального общего права. Акт о судоустройстве 1789 года. Казалось бы, что федеральный Акт о судоустройстве, изданный в 1789 году, рассеял сомнения по этому вопросу. Акт предписал федеральным судам применять по вопросам, не регламентированным федеральным законом, "законы" ("the laws") того штата, к которым отсылает коллизионная норма, действующая там, где федеральный суд рассматривает дело. Это предписание как будто четко говорит, что там, где не действует федеральный закон, должно всегда применяться право штата. Тем не менее возникли сомнения по поводу того, как надо понимать термин "the laws", использованный в Акте о судоустройстве 1789 года. Было очевидно, что этот термин охватывает законы штата, исходящие от его легислатуры. Но включает ли он право, установленное судами штата в случае молчания закона? Некоторые полагали, что федеральные суды, образующие самостоятельную систему, не связаны судебной практикой штатов и, рассматривая подсудные им дела, они вправе создавать в этой связи нормы федерального общего права.

376. Дело Свифта против Тисона (1842 год). Американская судебная практика по затронутому вопросу разноречива. Первоначально она решила вопрос в традиционном плане, утверждая возможность и обязанность федеральных органов в делах такого рода действовать на основе федерального общего права, а не в соответствии с общим правом какого-либо определенного штата. Эта доктрина, провозглашенная судьей Стори, была одобрена Верховным судом США в известном решении по делу Свифта против Тисона (1842 год). По делу надо было установить, мог ли держатель векселя воспользоваться правилом безоговорочности векселя, поскольку он приобрел его возмездно. Вексель был индоссирован в его пользу одним из его должников. По праву штата Нью-Йорк было весьма сомнительным наличие в этом случае встречного удовлетворения. Судья Стори решил, что такое "встречное удовлетворение" имело место с точки зрения общего права всей страны.

377. Критика этой доктрины. Однако это решение не получило всеобщего признания и даже в ограничительном понимании оно вызвало много возражений. И действительно, оно вело к весьма шокирующим выводам и в конституционном, и в практическом планах, в частности к неоправданному дуализму судебных решений, которые могли оказаться различными в зависимости от того, куда обратился истец--в судебный орган штата или в федеральный суд. Ситуация еще более усугублялась тем, что одна из сторон во многих случаях могла создать условия, допускающие или исключающие обращение в федеральный суд,-- для этого достаточно было переменить местожительство, что не представляет трудностей. В плане конституционном ясно, что, предусматривая федеральную юрисдикцию в случае разного гражданства тяжущихся, авторы Конституции стремились обеспечить равенство для сторон, являющихся гражданами различных штатов; однако они не имели в виду способствовать созданию федерального права вне пределов законодательной компетенции конгресса. Введение понятия федерального общего права противоречит духу Конституции; признается факт превосходства федеральных властей (имеются в виду судебные власти) в тех вопросах, которые Конституция стремилась сохранить в компетенции штатов. 378. Железнодорожная компания "Эрие" против Томпкинса (1938 год). Решение 1938 года по делу железнодорожной компании "Эрие" против Томпкинса направлено против понятия федерального общего права. Обстоятельства дела следующие.



edu 2018 год. Все права принадлежат их авторам! Главная